Elsie (elsie_by) wrote,
Elsie
elsie_by

  • Mood:

Символ

Вчера я узнала, что он умер. И не могла поверить. Пока безуспешно дозванивалась хозяйке, а потом шла к ней домой – туда, где он провел последние месяцы жизни – до последнего надеялась, что это просто чей-то дурацкий розыгрыш. Проходила мимо левады, где еще остались его следы – и надеялась, что вот сейчас встречу Иру, счастливую от того, что он наконец с ней, она же так долго за это боролась! Ведь так не бывает, просто не может быть! Не может быть, чтобы после стольких лет мучений было отпущено всего 8 месяцев нормальной жизни, которая оборвалась вдруг, так страшно…

И люди, и животные делятся для меня на две категории: те, мимо которых проходишь и забываешь, и те, кто цепляет, не отпуская больше никогда. Не важно, чем. Это со всеми по-разному, но и с людьми такими, и с животными ты уже не расстаешься никогда. Он был из тех, кто цепляет. Причем ничего особенного в нем на первый взгляд не было, по крайней мере, для меня. Обычный, не слишком крупный гнедой конь с немного провисшей спиной и грустными глазами. А еще он дружил с Рыжулей…

Собственно, я впервые увидела его тогда же, когда и Рыженького. «Осторожно! – предупредила его хозяйка. – Он не любит незнакомых людей и может укусить!» Но я уже протягивала к нему руку. А гнедой шумно вздохнул и… вдруг лизнул меня. Так мы и познакомились.

Оглядываясь назад, я вижу, что знала его совсем недолго. Меньше года из полутора десятков лет его жизни. Но пережили вместе много. А потому чужим он никогда не был. Всегда гугукал при встрече, облизывал руки в деннике. А однажды Ира предложила: «Не хочешь съездить на нем в поля?» Я согласилась. И впервые поняла, что значит, когда лошадь действительно помогает, чувствует тебя, прощает ошибки и старается поддержать.

А ему самому было очень плохо. Эмфизема сжирала его легкие, и на всю конюшню порой раздавалось свистящее дыхание. Однажды он просто упал в леваде и остался лежать, с трудом дыша. По счастью, на конюшне тогда оказался мой знакомый – правда, не ветеринар, а человеческий врач. И мы успели его спасти.

Когда Ира попала в больницу, он на неделю оказался заперт в деннике. Главный арендатор конюшни наотрез отказалась выводить его на улицу и отбивать денник, и мы тайком проветривали конюшню и делили на двоих привезенную на нашем «жигуленке» для Рыжули траву.

Потом мы ушли, а он остался. С Ирой мы не общались. Потому что был конфликт с главными арендаторами конюшни, в котором она вроде как безоговорочно нас поддержала, а потом заняла позицию нейтралитета. Я расценила это как предательство, хотя и понимала, что она просто боится за лошадь. Боится, что его могут отнять. «Пойми, они и так это сделают, когда ты исчерпаешь свою полезность!» - незадолго до нашего отъезда сказала я. – «Тебе все равно придется за него бороться!» Она промолчала… И до меня доходили только слухи о том, что зимовал он в дырявом дощатом сарае, где у двух других лошадей даже не убирался навоз. Что ему очень плохо, а Ира ничего не может сделать…

А потом… потом раздался звонок: «Нам нужна твоя помощь. Пожалуйста…» «У вас забрали Символа?» «А ты откуда знаешь?» На этот раз промолчала я. Но на встречу пришла. И узнала, что Символа увезли, тайком. Проще говоря – украли, хотя Ира к тому времени все же успела сделать на него документы. Ира нашла его возле Мира, маленького городка в Гродненской области. Нашла в жутком состоянии. «Будет суд. Но нам нужны твои свидетельские показания».

После суда она вдруг предложила: «Пойдем, прогуляемся». А потом, когда мы сидели в маленькой кафешке, неожиданно сказала: «Прости, пожалуйста. И большое спасибо… Но я ведь знаю, что ты сильный человек. А сильные люди не мстят, а прощают». Нет, Ира, я не сильный человек. Но ЕМУ мне нечего прощать...

31 декабря она попросила меня поехать с ней в Мир – забирать Символа. А 7 января я навестила их, чтобы поздравить с Рождеством. «Видишь, сказки иногда становятся былью», - улыбнулась Ира. А Символ по давней привычке лизнул мне руку. И, как будто дурачась, высунул язык в тот момент, когда я его фотографировала. Тогда казалось, что все плохое для них уже позади, а впереди только хорошее, и сказка действительно может стать явью, стоит только очень захотеть.

 Потом мы созванивались, я узнавала, что все у них хорошо, получала приглашение зайти в гости, благодарила и говорила, что «обязательно, только немного попозже, вот только разгребусь с делами». И все время откладывала, потому что дел меньше не становилось. Тогда я не знала, что больше его не увижу. И Рыжуля так и не узнает, что случилось с его первым и самым лучшим другом…

Жизнь все же мало похожа на сказку. И больнее всего она бьет тогда, когда ты к этому не готов.

Уходил он тяжело. После суток мучений, когда его пытались спасти. В 4 часа утра он вдруг встал, и Ира, решив, что самое страшное уже позади, рванула за попоной, чтобы укрыть его. А когда вернулась, все уже было кончено.

Впрочем, он ушел любимым. И в последние месяцы был впервые в жизни по-настоящему счастлив. Не каждой лошади выпадает даже такая судьба. А там – кто знает, что ждет каждого из нас там? Возможно, он сейчас пасется на зеленых лугах, и ничто больше не омрачит его счастья. Сочной травы тебе, Символ!
Символ и Ира

Tags: животные, лошади
Subscribe

  • ***

    Самый хороший способ испортить отношения – это начать выяснять их. Уинстон Черчилль

  • (no subject)

    Величайший урок жизни в том, что и дураки бывают правы. У. Черчилль

  • (no subject)

    Люди прекрасно умеют хранить секреты, которых не знают. У. Черчилль

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments