Elsie (elsie_by) wrote,
Elsie
elsie_by

О (не)насилии

…Как раздраженно сказал один исследователь дельфинов, с которым я работала: "Человеку нельзя разрешать заводить детей, прежде чем он не сумеет обучить цыпленка", - подразумевая, что опыт достижения результатов в обучении существа, к которому невозможно применить силу, должен показать вам, что для воспитания ребенка вы так же не нуждаетесь в применении силы.

Я заметила, что у большинства дельфиньих тренеров, использующих навыки позитивного подкрепления в своей ежедневной работе, чрезвычайно милые и приятные дети. (Карен Прайор «Не рычите на собаку»)


Начиталась в последнее время всяких форумов, как «животноводческих», так и вполне себе «людских», и вспомнилась одна история. Однажды, давным-давно, еще в бытность моей работы в SOS, ездили мы с Таней в Могилев, я по своим образовательным программам, она – по программам укрепления семьи. И если моя задача была, в общем, простой – решение о начале работы проекта уже было принято, и оставалось только согласовать все с исполнителями на местах, то Тане для разрешения на открытие реабилитационного центра для жертв домашнего насилия надо было получить аудиенцию у одного чиновника, отвечающего за подобные программы в Могилевской области. На обратном пути Таня рассказывала, как он удивился, узнав, что в нашей стране, оказывается, существует проблема домашнего насилия. Да ладно вам с глупостями, сказал он, тоже мне – нашли проблему. Мол, что, если он жене по морде даст, она к ним побежит? Жаловаться и убежища просить? И пока Таня пыталась вернуть глаза в границы, предназначенные им природой, пояснил: ну а что, если она по-другому не понимает?


Позже, когда мне довелось координировать совместное с ЮНЕСКО исследование по проблеме соблюдения прав детей, я очень часто вспоминала этого чиновника. И недавно, когда читала разные форумы и блоги – тоже. Потому что пугающе часто встречала формулировку типа: ну а что делать, если по-другому не понимают? Или: меня били – я вырос человеком, и к своим детям так же буду… со всей душой, да.

Такое чувство, что идея приемлемости насилия – физического и психологического – настолько въелась в нашу культуру, что понятие о нем как само собой разумеющемся просто пропитало абсолютное большинство. В такой степени, что даже не рассматривается как что-то ненормальное, другие варианты воспринимаются как «да ну, что вы со своими глупостями». Да чего там, поговорка про «бьет – значит, любит» обладает поразительной живучестью.

Это все относится не только к детям, более того, не только к людям, но, наверное, ситуация с детьми наиболее показательна. Ребенок плохо себя ведет. Его нашлепали. Родители скажут: "Мы его учили". Знакомая ситуация? Много ли тех, кого в детстве пальцем никто не тронул? А уж тех, на кого в детстве ни разу не накричали, скорее всего, совсем не найдется.

Крик – самый знакомый, наверное, каждому из нас вид эмоционального насилия. Многих детей (да и взрослых, чего уж там) крик парализует. Часто возникает парадоксальная ситуация - ребенка хотят поторопить, сначала просто говорят: "Быстрей, быстрей". Потом начинают кричать - и вот здесь происходит полный ступор, когда дите перестает вообще что-либо соображать и делать, и в результате – новый всплеск раздражения у взрослого.

Не дома, так в школе, дети сталкиваются с этим почти каждый день. Если не в качестве жертвы – то в качестве свидетеля, хотя, на самом деле, одинаково травматично быть и жертвой, и свидетелем насилия. И это неизбежно приводит к развитию посттравматического стрессового расстройства, которое часто проявляется в раздражительности, повышенной возбудимости, нарушениях сна, непослушании, трудностях концентрации внимания, взрывных реакциях, что, в свою очередь, вызывает недовольство взрослых и стремление «обуздать» злостного нарушителя спокойствия… Всё. Круг замкнулся.

Но и это еще не самое страшное. Есть то, что проявляется не сразу, и часто даже не связывается с тем, что переживает маленький или большой человек, когда не может противостоять обидчикам. Пережитое насилие (физическое или психологическое, неважно – они одинаково разрушительны по своему воздействию) приводит к формированию сниженной самооценки и чувству выученной беспомощности. А еще – к уверенности в том, что прав тот, кто сильнее, и что все проблемы можно решить, просто подавив несогласных, что насилие по отношению к тем, кто слабее и беззащитнее – это норма. К тому же, на них, тех, кто слабее, можно отыграться. Отец ударил ребенка, а тот пошел и пнул кота – очень часто встречающаяся схема, которая вполне себе неплохо закрепляется. Давно уже не секрет, что взрослые психопаты чаще всего в детстве были жертвами насилия.

Участники треугольника насильник-жертва-свидетель воспроизводят эти роли в следующих поколениях и/или с другими людьми. Реальность жестока: мало кому удается избежать этого самостоятельно, без специальных усилий или профессиональной помощи.

Кстати говоря, методы силового решения проблем, на самом деле, очень редко приводят к желаемым результатам. Если человек и изменит что-то в своем поведении – то лишь внешне, из страха, а это ой какой зыбкий мотиватор, потому что как только источник страха исчезнет – исчезнет и ограничитель. Т.е. я не делаю что-то не потому, что считаю плохим, а потому, что мне за это могут въехать. А если есть шанс, что никто не узнает – почему бы и нет? Главное, скрыть следы преступления получше. И научиться врать и лицемерить.

Но, даже понимая, что это ни к чему не приводит, видя, что события развиваются по спирали и отнюдь не в сторону улучшения, многие продолжают действовать по излюбленному сценарию наказания и запугивания. Зачем? Должна же быть какая-то польза, ведь человек не совершает совсем уж бессмысленных поступков.

Резон, конечно, имеется. И даже не один.

Во-первых, многие банально не предполагают, что есть другой способ. Они едут по накатанной колее, которую освоили в собственном детстве. Это их беда, что перед глазами не было альтернативы. Иногда, когда альтернатива находится, более того, оказывается, что она работает, и работает куда лучше, это вызывает искреннее изумление. Но – для этого нужно хотя бы элементарное осознавание и желание разорвать порочный круг. А этого желания может и не хватить – потому что поиск альтернатив требует времени и усилий.

Во-вторых, это делается, чтобы снять собственное напряжение и тревогу, получить разрядку. «Мне плохо – пусть и ему будет плохо» - ход мыслей примерно таков.

Дело в том, что в семьях, где, скажем, психологическое насилие – обычное дело, существует негласное и не всегда осознаваемое правило. Если скелет вытащить из шкафа, на нем будет висеть табличка: «Все члены нашей семьи должны чувствовать одно и то же». Особенно это верно по отношению к отрицательным чувствам. Ты не можешь радоваться, когда мне плохо. Значит, если у меня, например, был конфликт с начальником, я приду домой и наору на того, кто попадется под руку (а еще лучше – на всех). Все расстроены и оскорблены, все чувствуют одно и тоже. Это, знаете ли, сближает. Опять-таки, показывает, что мы не чужие друг другу.

Это случается тогда, когда человек не совсем в курсе, где заканчивается его территория и начинается тот, который, возможно, ужасно любимый и дорогой, но – другой, со своими чувствами, проблемами, ответственностью, которые вовсе не обязаны (представьте себе) совпадать с нашими, и тогда любое несовпадение – невыносимо. А раз не в курсе – легко «сливает» свои негативные чувства, а тот, другой, если такой же размытый, с неясными границами – это все возьмет и не подавится. Если этот другой – взрослый человек с четко простроенными границами – он, конечно, вовлекаться не будет, но у ребенка по-любому выбора нет. А если ребенок, не имея альтернативной картинки мира (у него же нет других родителей, сравнивать не с чем), воспринимает все, что с ним происходит, как норму – где ж ему, бедняге, и став взрослым, взять умение провести демаркационную линию. И, вырастая, – переносит такой же стиль общения в новую семью.

Знаете, почему насилие так прочно въелось в нашу культуру? Потому что размытость границ – это наша культурная специфика. Privacy – чужеродное понятие. «Все дети как дети, а ты…», «Будь как все», «Тебе что, больше всех надо?» - знакомо?

Вот еще картинка, которую прекрасно иллюстрирует один психотерапевтический анекдот. Дети играют во дворе, открывается окно, из него высовывается мама и кричит: «Миша, иди домой!». На что ребенок поднимает голову и спрашивает: «Я замерз или хочу есть?»

Хороший ребенок – это, как известно, послушный ребенок. Еще лучше – если он при этом не спрашивает, почему нужно поступать так или иначе. Мама, безусловно, знает, как лучше. Маме видней. Нельзя сказать, что это совсем уж губительный принцип – вовсе нет, например, в младенчестве он жизненно важен. Проблема в том, что и когда ребенок начинает думать самостоятельно, очень часто вместо поддержки способности критически мыслить, внимания к своим чувствам и потребностям, которые неотделимы от способности принимать собственные решения, вместо объяснений слышит аргументы «Потому что я так сказал(а)» или «Потому что я лучше знаю, как для тебя хорошо». Последний аргумент всегда поражает искренней убежденностью.

Объяснить и убедить, безусловно, сложнее, чем заставить, особенно когда оппоненту нечего противопоставить грубой силе. И когда жалко тратить время на поиски других путей или кажется, что нет сил на мирное урегулирование вопроса, в ход эта самая грубая сила вкупе с запугиваниями и идет.

Иногда это действительно создает обманчивое впечатление более короткого пути. Обманчивое – потому что может принести сиюминутную выгоду (факт – тот, кто слабее физически или психологически, скорее всего, сделает, что нам надо), но в долгосрочной перспективе только все усугубляет.

Ну и потом, по мнению многих, объяснять свои требования - все равно, что не доверять собственному авторитету, прогибаться перед низшим по рангу. Не дай бог, корона свалится…

Вы когда-нибудь пробовали научить цыпленка танцевать? Его не проймешь криком, обещанием страшных кар и ничего не добьешься физическим насилием. Значит ли это, что задача не имеет решения?

На самом деле, все вышеописанное относится даже не только к людям. Все гораздо шире. Но больно уж часто попадаются мысли на тему того, что, например, собаки и лошади – они ведь не дети, что вы сравниваете? С животными договориться невозможно. Дети? Помилуйте! Они же не взрослые, они по-другому не понимают… Жена? Курица, как известно, не птица…

Всегда проще сказать, что это все «для их блага», и пожаловаться на то, что они «по-другому не понимают». Куда проще, чем найти способ мотивировать и объяснять, чем научить цыпленка танцевать…

Tags: дети, животные, люди, отношения, психология, психология травмы
Subscribe

  • (no subject)

    Врожденный порок капитализма – неравное распределение благ; врожденное достоинство социализма — равное распределение нищеты. Уинстон Черчилль

  • Мое рабочее психологическое

    Бесят ли вас так же советы про «позитивное мышление», как бесят они меня? Позитивное мышление: почему оно не работает *** Многие сейчас…

  • ***

    Успех – это способность шагать от одной неудачи к другой, не теряя энтузиазма. Уинстон Черчилль

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments

  • (no subject)

    Врожденный порок капитализма – неравное распределение благ; врожденное достоинство социализма — равное распределение нищеты. Уинстон Черчилль

  • Мое рабочее психологическое

    Бесят ли вас так же советы про «позитивное мышление», как бесят они меня? Позитивное мышление: почему оно не работает *** Многие сейчас…

  • ***

    Успех – это способность шагать от одной неудачи к другой, не теряя энтузиазма. Уинстон Черчилль