Elsie (elsie_by) wrote,
Elsie
elsie_by

Categories:

Сказки со смыслом. Сказание о Раунском утесе

Великан обошел всю Видземе и прилег отдохнуть, положив голову на бугор. Издали он походил на огромный серый валун, и только золотистые волосы его колыхались, как полевица на июньском ветру.

Но долго не улежишь, если край неба рдеет от вечерней зари, будто приречный луг, заросший первоцветом, а дорога белой мглистой рекой вьется между горушек и гор и все твердит ему, твердит, что, может быть, не за этим, так за другим холмом Великан непременно повстречает свое счастье.

И снова его одолела с ранней юности знакомая, но неутоленная жажда счастья. И Великан засмеялся. От его счастливого смеха захмелела земля, и по краям дороги проснулись цветы подмаренника.

Великан поднялся и пошел в дальний путь. Поутру из-за поворота дороги выходит ему навстречу девушка: на плечах белая шаль с голубыми узорами, вокруг стана пояс из лиловых и синих бусин.

Остановился Великан, глядит, не наглядится. Глаза слепит, голова идет кругом, а губы просят у сердца слов, которых еще никто не слышал и не говорил. И нашлись они, такие слова, только вымолвить их нелегко:

- Э-э-э… кто ты? – заикаясь, спрашивает Великан.

- Я – твое счастье, - отвечает девушка и подходит ближе.

- Э-эх! – Великан радостно переводит дух, а сердце его волнуется, как бурное море. Ну, нет, так нельзя! Нельзя, чтобы море, летним зноем нагретое, так бушевало в груди, каждой волной своей и обжигало и освежало. И стыдно Великану в этом признаться. Стыдно и за свои огромные лапищи, за желтые космы волос.

- Вот те на! Что мне с тобой делать?! – растерянно вымолвил Великан. – Уж больно ты хрупкая, уж больно ты нежная, и так нежданно-негаданно появилась! Да вправду ли ты мое счастье, моя милая, моя суженая?

- Присмотрись, узнай, тогда и суди! – засмеялась девушка, и пояс из бусин, вторя ее смеху, зазвенел, засверкал сине-лиловыми, зелено-синими огоньками.

А Великан потопал к озеру за советом.

- Послушай, друг, мне повстречалось счастье! Да как узнать, взаправду ли это мое счастье, моя суженая? Идет мне навстречу и говорит, будто я ее искал. Еще чего! Разве я искал? Я просто так пошел Видземе посмотреть.

Призадумалось озеро, темные морщины избороздили его лик. Долго оно молчало, и, наконец, заговорило:

- А есть ли у него в глазах зеленые искры? Есть шаль цвета речной волны? Тиха ли речь ее, как шепот камышей? Такой была моя суженная, мое счастье, верное, настоящее. Когда я разбушевалось в бурю и вздумало из берегов выпрыгнуть, она меня успокоила, накрыла покрывалом из водяных лилий…

Выслушал Великан, что сказало ему озеро, и пошел обратно. Видит – сидит у дороги девушка, пояс из бусин в руках теребит.

- Что же ты тут сидишь? – спрашивает Великан.

- Тебя жду, и все думаю, куда поведешь меня – только до реки Гауи, или до самого моря?

- А ты для меня не настоящее счастье. В глазах у тебя нет зеленых искр и речь твоя не похожа на шепот камышей… А покрывало из водяных лилий ты ткать умеешь?

- Нет, не умею, - и смуглая душистая рука ее легко легла на плечо Великана. – Посмотри, как синеет там даль, у края неба. Побежим с дорогой наперегонки, это я умею. Я так хочу увидеть море.

Теплой волной захлестнуло сердце Великана, но вот она схлынула, и сомнения грудой серых камней навалились ему на голову и грудь. Он снял с плеча смуглую руку девушки и один пошел к высокому холму. У большого холма и мудрость большая. Наверняка холм даст ему мудрый совет.

Высокий холм гордо взирал на облака и сперва даже не слышал, о чем ему толкует Великан, а когда услышал, сердито нахмурил лоб.

- Что ты ко мне пристал? – проворчал он недовольно. – Почем я знаю, каким должно быть твое счастье?

- Не сердись, брат! Я к тебе только за советом. Ты же знаешь, каким бывает настоящее счастье.

- Мое счастье, моя суженая, была молчалива. Сидела в тенистом ельнике и восхищалась моей высотой. Глаза у нее темные, как земля на пашне, волосы цвета ольхи, когда в ольшанике токуют тетерева.

- Спасибо, брат, - сказал Великан, кивнул головой и побрел обратно. А у самого глаза грустные-грустные. Отыскал он девушку у пригорка в Рауне и смущенно вымолвил:

- Нравишься ты мне… Очень нравишься, но ты не настоящее мое счастье. Ты не молчалива и мной не восхищаешься, и глаза у тебя не темные, как земля на пашне… Ступай своей дорогой.

Но девушка только рассмеялась в ответ, да так весело, что на обочинах дороги повыскакивали ватаги белых ромашек.

- Я правда твое счастье, твоя суженая. Пойдем вместе до самого моря. Ведь ты ходок неутомимый, да и у меня шаг легкий. По вечерам твои руки будут служить мне изголовьем, а днем я буду шагать с тобой рядом и слушать твои рассказы. Ты высок, и значит, будешь видеть дальше меня. И порой я буду проситься к тебе на руки и тогда я тоже увижу дальние дали. Каждое утро твоя улыбка будет светлее вчерашней.

- Но ведь ты не настоящее мое счастье, - прошептал Великан, едва не захмелев от одного ее взгляда. Бывают же у иных глаза точно дымкой подернуты, и взгляд их согревает и манит. – А может, ты и в самом деле мое счастье, - помолчав, добавил Великан, чувствуя на щеке ее легкую руку. И все же опять отправился просить совета. На этот раз он пришел к Медвежьему болоту.

- Слышь, дружище, ты такое большое, широкое, много видишь, много знаешь. Дай совет. Скажи ты глупому Великану, каким должно быть настоящее счастье.

- Мое счастье, моя суженая, курлыкала по-журавлиному и день-деньской жаловалась на мои окнища, все грозилась уйти, убежать, но весной всегда ко мне возвращалась. Волосы у нее, как серый лишайник, а руки цепкие, как корни можжевельника. Я был с ней очень счастлив.

- А не заводила ли она речь все о море да о море? – спросил Великан, и голос его прозвучал так жалобно, словно стон ветра на голой осенней поляне.

- Ну, что же это за счастье, если то и дело про море твердит! Море отсюда не видать, оно очень далеко.

Опечалился Великан, пошел прочь.

- Не твоя сужжженая, не твое счастье! – весело зудели мелкие болотные слепни, присаживаясь на вспотевшие плечи Великана.

Он не вернулся к пригоркам Рауны. Нечего ходить прощаться, если счастье это ложное.

Лето щедро дарило благодатные дни, один краше другого, но потом вдруг одумалось, заскупилось. И дни стали серыми, один печальней другого. Вечерами в августе горьковато пахли головки хмеля, горечь пробралась в сердце Великана. Почему же счастье его так прячется? Может, он случайно прошел мимо него?

Небо застлали темно-синие сентябрьские тучи, березы теперь кажутся белыми свечами, каждую ночь ветер сшибает их желтое пламя, с каждой ночью блекнут огни лета. И лишь еловые леса синеют на горизонте, смотришь на них, и сердце томят воспоминания.

В первые заморозки голубым утром воротился Великан в холмистую Рауну. Не позвякивает ли тут где-нибудь пояс из синих бусин? Не зазвенит ли за кустами веселый смех и не лягут ли на его плечи легкие смуглые руки? А нежный голос не попросит ли его ласково: «Ведь ты больше меня и ты видишь дальше. Возьми же меня на руки… побежим наперегонки с дорогой…»

Но никто не вышел ему навстречу. Только деревья шумно спорили с ветром да по-осеннему пахли кустики брусники.

Малая речушка, которую Великан не видел летом, петляла в кустах ольхи и лещины, коричнево-зеленая в зарослях, светло-голубая на открытых местах, похожая на жемчужный пояс…

- Ау! Где ты, мое счастье! – закричал Великан во весь голос.

- Ау-у-у-у! – откликнулась речка.

- Ау! Покажись, счастье мое, покажись! – еще громче крикнул Великан.

- Ау-у! – откликнулась речка. – Ты меня не узнал, ты в меня не поверил…

- Куда ты спешишь, журчалочка?

- К Гауе, к Гауе, а потом с нею вместе к морю!

Сердце Великана сжалось от боли. Он приник к земле, слушая журчание речки и голос своих воспоминаний.

Шли дни и шли годы. Великана больше ни разу не встречали среди Раунских пригорков. Но на берегу малой речушки появился утес. Так тесно приник он к земле, так низко пригнулся над речкой, что капли воды прибрежного родника из-под него – прямо в речную воду. Камень этот похож на огромное веко, прикрывающее глаз, в котором таятся печаль и воспоминания. А мелкие капли родниковой воды постоянно повторяют путнику:

- Эта речка была когда-то поясом из синих бусин. Он принадлежал моей суженой, моему счастью. Из-за моих сомнений оно преобразилось… Но то было мое счастье, и никто другой не мог его ни узнать, ни понять…

- То было твое счастье, - журчала речка, - и никто другой не мог его ни узнать, ни понять…

(с) С. Калдупе. Сказки доброго великана
Tags: люди, мир вокруг нас, притчи, сказки
Subscribe

  • Работа и стресс

    Философия труда ради завоевания доброжелательного отношения применима к любой профессии. Столяр с гордостью демонстрирует отлично сработанный стол.…

  • Истории Аякса и Тори

    Чьи собаки не любят гулять в дождь? Отдавайте их Яхе на перевоспитание! :-))) +5 (в середине сентября, да, резко похолодало), льет как из ведра.…

  • Рабочее психологическое

    Внимание к себе, своим потребностям и способность удовлетворить простые желания помогают справляться со сложностями. Ведь они дают нам ресурс найти…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments